Александра Лоренц (alexandrafl) wrote,
Александра Лоренц
alexandrafl

Category:

Отрывок из романа «Любовь к Серому Ангелу» Страшная новость ч.2

В таких делах надежда — как соломинка для утопающего. Ринулись в агентство. Даниил — так звали детектива — встретил сначала настороженно. Но потом вспомнил Кольку и стал расспрашивать подробности. А подробностей-то и нет. Что дочь говорила? Так, отмахивалась. Видит Сергей Михайлович, что и последняя надежда ускользает.
Взял его за руку и говорит:
— Послушай, парень! Я знаю, это денег стоит. У меня много нет, но все отдам за дочь. Есть девяносто тысяч  на книжке, дача, иномарка — все продам, но рассчитаюсь, — отец смахнул набежавшую слезу, горло сжалось так, что было невозможно говорить, — мне не жить без нее. Забирай все,  только помоги.
Даниил встал и прошел по комнате к окну.
— Езжай  домой, дядя Сергей, и ложись спать, — он повернулся к нему лицом, — вернем тебе дочь. Ничего продавать не нужно, мы так разберемся, по-флотски.
Как-то стало легче после его слов. Хотя и не понимал Сергей Михайлович, как он сможет вырвать Светочку у этих мерзавцев. Где они ее держат? Что они,  уже  не сомневался.
Так  и вышло. Через четыре дня Даниил сам явился в квартиру Кунгуровых. С четырьмя рослыми мужиками. В каком-то полусне провел эти дни обезумевший отец. Душа рвалась растерзать этого подонка на клочья. Но Даниил приказал и на шаг к нему не приближаться, и вообще из дома не выходить. Не хватало еще, чтоб и его убили. Самое тяжелое было отвечать на звонки Катерины и врать, что все нормально. И придумывать, придумывать,  почему Света не может подойти к телефону.
— Поедете с нами, Сергей Михайлович, — с порога заявил Даниил, — лучше было бы не брать вас с собой, но Светлана  может нам не поверить. Откуда она знает,  спасители мы или очередные бандиты?
Всю дорогу Сергея Михайловича бил нервный озноб. Что там, с дочерью? Может, нет уже  живых? А дорога оказалась длинною. За городом пошли  какие-то пригородные дома. Остановились неподалеку, пробирались сугробами, стараясь не шуметь. Дом тот увидели  сразу же. Да и как не приметить его? Дым из трубы валит, шикарные машины во дворе. Сразу бросается в глаза при всеобщей тишине, которая царила в элитном поселке.
В соседнем дворе детективы стали готовиться к нападению. Скинули куртки, одели маски, так что одни глаза торчат, достали оружие. Сергею Михайловичу не предложили — Света должна была видеть его лицо. Да и не одел бы он — уж очень хотел открыто взглянуть в лицо этому Борису.
Переглянулись и пошли.
«Профессионалы», — отметил про себя Сергей Михайлович.
Действительно, парни Даниила производили сильное впечатление. Высокие, крепкие, в черных комбинезонах, в руках пистолеты с глушителями, они передвигались короткими перебежками, от укрытия к укрытию. Сергей Михайлович  сообразил, что главное сейчас  внезапность. Бандиты могли, что угодно сотворить с беззащитной девушкой, тем более в минуту опасности.
Общались  только жестами. И странно, но Сергею Михайловичу было все понятно. Даниил показал ему — «сиди здесь», «потом за мной», «туда в дверь», «а я в окно». Климу приказал жестом «блокировать дверь», Егору — «коли колеса крайней машины». Дверь скрипнула, и бывший боцман замер. Кажется, больше нет ни секунды на размышления — на крыльцо вышел какой-то парень. Осмотрелся невидящим взглядом, видно спросонья, плюнул, помочился с порога в снег. И повернулся, чтобы вернуться в дом.
Но тотчас же порывисто обернулся — все же заметил сгорбленную фигуру Егора у крайней машины. Клим вынырнул из-за угла, прежде чем мажор  успел открыть рот. Долговязый спецназовец махнул ногой, обутой в массивный сапог с рифленой подошвой, и мужик полетел в сугроб вместе с дверной ручкой, которая так и осталась у него в руке.
Сергей Михайлович проворно вытащил березовое полено из поленницы и со всего  размаху жахнул им по голове мерзавца. И сам оторопел — откуда в нем столько ненависти? Рука сама вложила в удар всю силу, которая была.
А широкая спина Клима уже скрылась в дверном проеме, за ним устремились и другие. Сергей Михайлович услышал звон бьющегося стекла — это Даниил, он уже внутри. Отбросил в сторону окровавленное полено и ринулся в темный проем. Хлопанье дверей, стоны, крики — кажется, здесь было человек шесть-семь. Но ребята с ними справились быстро. Сволокли  всех за ноги на кухню. Клим улыбнулся, увидел побледневшее лицо Сергея Михайловича:
— Да нет, — сказал он, приподняв край маски, — мы их легонько так,  рукояткой ствола по голове.
Сергей Михайлович растянул губы в улыбке.
— Сюда, батя! — послышался голос Даниила из угловой комнаты.
Здесь был сплошной бедлам. Клубы табачного дыма сизыми разводами скрывали страшное зрелище. Собачья будка в углу, цепь, прикованная к будке, и Света на цепи. Отец оторопел. Такого и представить себе не мог. Абсолютно голая девушка была избита на горькое яблоко. Все тело в синяках и ссадинах, подбородок и грудь в разводах крови, бровь рассечена, глаза заплыли сизыми гематомами.
— Доченька! — прохрипел отец.
Но Света, кажется, не узнавала его. Сидя у собачьей будки, поворачивала лицо то на Даниила, то на него. И непонятно было — видит она их или нет.
Сергей Михайлович с надеждой посмотрел на спасителя. Тот стоял в углу, одной рукой захватив сзади за горло хрипящего Бориса, а другой – засовывая за пояс пистолет.
— Опустили девчонку дальше некуда, — процедил  он сухо.
Сергей Михайлович склонился на колени перед дочерью и обнял ее голову обеими руками. Слышал, как сначала напряглось, а потом обмякло ее худенькое тело. И задрожало в конвульсиях.
— Что, скотина?! — услышал он голос Даниила, — над слабой женщиной мастак  измываться? Силу свою демонстрировал?
Детектив  оттолкнул насильника от себя.
— А ты с мужиком сразись, покажи, на что способен!
Борис вытер губы и осклабился:
— Ха! Придумал! С пистолетом каждый герой!
В его хищной улыбке мелькнуло что-то змеиное. В ней была такая безмерная ненависть, какую Сергей Михайлович не видел никогда в своей жизни.
«Что же это такое»? — только и успел подумать он.
Потом еще долго вспоминал тот взгляд, все думал — откуда в молодом человеке столько злобы?
Даниил кинул пистолет Егору.
Борис потер ладони и вдруг махнул рукой, чтобы ударить Даниила. Это был не обычный удар кулаком, а стремительный замах расслабленной кистью —  прием профессионала.  Даниил уклонился в сторону, его движение было пронизано кошачьей ловкостью. Будто в танце, он крутанулся на одной ноге, так что рука противника ударилась о его предплечье и ушла в сторону, а другой ногой  с размаху саданул мерзавцу в затылок.
Движение было настолько отточенным, а удар неожиданным и сильным, что Сергей Михайлович открыл рот от удивления. Пока Борис летел, растопырив руки, Даниил успел еще и дать ему хорошего пинка под зад, так, что тот ушел головой в шкаф, сломав на своем пути дверцу.
Детектив подошел к отцу с дочерью и, склонившись, приподнял  Свету за подбородок.
— Что, мучил тебя этот подонок? — спросил он, заглядывая ей в глаза.
 В ответ послышалось только бессвязное мычание или стон, да слезы потекли ему в ладонь.
— Не плачь, девочка, он сейчас за все ответит.
Словно грозовая туча, пронизанная жгучей жаждой возмездия, Даниил распрямился  над распростертой на полу девушкой и вытащил за ноги ее мучителя из шкафа.
— Сюда смотри, падла, — хрипел он от ненависти, — твоих рук дело?!
Его рука так стянула за волосы голову насильника, что его лицо расплылось в страшной гримасе. Борис пытался что-то сказать окровавленными губами, но безжалостный удар кулаком между лопаток поставил его на четвереньки.
Дрожа от негодования, Даниил расстегнул ошейник и, сорвав его с девушки, швырнул Борису.
— Одевай, мразь!
Мажор хотел что-то сказать, но глухой удар в грудь заставил его мигом  выполнить команду.
— Мужики! — рявкнул Даниил, толкая ногой собачью миску.
— Что, шеф?
— Боря пить хочет, наполните ему чашу.
Через минуту перед стоящим на карачках Борисом парила острым запахом мочи мятая собачья миска.
— Видишь, Света, — процедил Даниил, — никакой он не герой, а падаль. Вот сейчас он будет пить мочу, чтобы спасти свою шкуру, и чтобы вымолить у тебя прощения. Прощения ему, конечно, не будет. Но ты увидишь, что никакой он не мажор, а мерзкая падаль, гнилая жаба. И он будет пить нашу мочу, чтобы выпросить надежду и дальше ползать по земле.
Сергей Михайлович только теперь заметил, что искорки  мелькнули в потухших глазах дочери. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но из распухших  губ послышался только слабый хрип.
— Нет!— Борис упрямо мотнул головой.
— А ты пристрели, шеф, эту падаль, да и все, — посоветовал Клим, он наблюдал за сценой, подперев дверной косяк могучим плечом.
— Пожалуй, это будет правильно, зачем нам свидетели? — согласился Даниил и передернул затвор пистолета.
— Буду,  буду…  только не убивайте, — забормотал Борис.
— Предводитель мажоров, король всех баб, пей, гнида! Смотри, Света, запоминай, чтобы спасти  свою шкуру, этот сверхчеловек  готов  на любое унижение!
Сергей Михайлович умолк, в расслабленной руке давно остыла погасшая трубка, глаза его смотрели куда-то вдаль, на другой конец озера, где тьма уже укутала сосны и склоны гор.
— А дальше что? — наконец решилась прервать паузу Лора.
— Дальше? — отчужденно отозвался лесник, он настолько глубоко погрузился в невеселые воспоминания, что с трудом соображал, о чем спросила собеседница.
Дальше все наладилось. Свету увезли в Белоруссию, на лечение. Того, в сугробе, Сергей Михайлович, кажется, сделал инвалидом. По совету Даниила семья Кунгуровых из города уехала. Все продали и умотали на юг –  так и стал бывший боцман лесником.
— А со Светой что?
— Все наладилось, — улыбнулся Сергей Михайлович, — пошла по морской стезе.
— Как это?
— Вышла замуж за офицера-подводника. Теперь живет в Гремихе. Святой Нос слышала?
— Какой еще нос? — переспросила Лора.
— Это на севере, на Кольском, — пояснил лесник. — Заполярье. Двое парней — внуки! Каждое лето к деду  приезжают, всей семьей!
Лора вздохнула с облегчением.
«Как в романе», — растроганно подумала она, — «пришел герой и восстановил справедливость. Так бы и в жизни»!
— Так и было,  как в книжках! — как бы подхватил ее мысли старик, — так что Дану я по гробовую доску должен, и не только  не за дочь.
— А за что еще? — удивилась Лора.
— Он человеком меня сделал. Не стыжусь признаться, хоть он и в сыновья мне годится. Если бы не он, — так бы и остался плесенью подкильной, терпилой.  Ты живи и не думай, девонька. Люби себе, детишек рожай. Но про осторожность не забывай. Хотя это наше, мужицкое дело, баб защищать. Я виноват, что не доглядел. Но и время такое — звери притаились под обличием человеческим. С виду нормальный человек, да еще при должности, а оказывается  — гад ползучий, тварь бездушная, выродок окаянный.
— Так жить нельзя, — шепнула  Лора.
— А, не бери в голову, Данька  настоящий мужик, в обиду не даст. Только вот пока не понимает, как я вижу, какое счастье к нему привалило.
Лесник повернулся к Лоре и внимательно посмотрел ей в глаза.
— Ты немного хитрее будь, милая. Есть у вас всякие бабьи штучки. Покажи ему, что он может тебя потерять, пусть ощутит,  каково оно, одному. Он, конечно, привык бобылем, да и профессия у него не располагает к семейной жизни. Но вы ж на это не смотрите, у вас другие планы и задачи. Крути его, Данька стоит усилий, стержень в нем есть. А значит, если переменится к тебе, оценит,  то навсегда,  он не предатель, это я точно скажу.
— А почему вы решили, что я за него замуж хочу? — левая бровь Лоры  высокомерно поехала вверх.
— Так это ж на тебе громадными буквами написано! Ты не обижайся, девочка. Любовь — чувство светлое, его скрывать и стесняться не надо. Но ты должна показать, что гордость и женское достоинство в тебе главнее. Что ты сможешь и через любовь свою перешагнуть. Вот тогда он в тебе увидит не любовницу, а человека. Тогда и будет у вас настоящая любовь, которая еще и дружба. И будет вам счастье.
Лора не знала, что и сказать. Ночь в горах наступает стремительно,  и она уже не могла видеть лица своего собеседника. Лишь огонек его трубки вспыхивал и гас в темноте где-то  рядом. Девушка впала в какое-то оцепенение.  Она чувствовала, что этот чужой человек сказал ей сокровенную правду, ту, которую она знала и без него. Знала, но не могла сформулировать, не могла четко выразить словами. А сейчас эти слова дали ей силу, уверенность в будущем, открыли путь к счастью.
— Спасибо вам, — прошептала она.
— За что? — удивился лесник.
— За доброту вашу
Subscribe
Buy for 30 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments